Неординарные преступники и преступления. Книга 8 - Алексей Ракитин

на самом деле процесс сбора приведённой здесь информации растянулся более чем на два года и порой принимал характер движения в противоположные стороны одновременно, т. е. одни получаемые сведения вступали в явное противоречие с другими, и зачастую было просто непонятно, как же их проверять). Вдова явно не была настроена сотрудничать с правоохранительными органами и уклонялась от откровенного разговора — Джуттари расценил это как проявление боязни за собственную жизнь. После долгих уговоров и обещания государственной защиты, предоставление которой гарантировал прокурор Перуджи Джулиано Миньини, Франческа, наконец, признала, что труп, вытащенный на пирс 13 октября 1985 г. очень мало походил на тело её исчезнувшего мужа. Тело покойного совершенно потеряло форму, раздулось, натянутая рубашка едва ли не лопалась на животе, видимые участки кожи были багрово-чёрными, лицо изменилось неузнаваемо. Даже открыть глаза трупу, дабы удостовериться в цвете радужной оболочки глаз, оказалось невозможно. Франческа категорически заявила тогда, что это тело не может быть телом её мужа, однако, она тут же подверглась очень интенсивному и эмоциональному давлению окружающих — обоих профессоров медицины, а также собственного отца и отца покойного, Уго Нардуччи. Все они говорили, что тела утопленников сильно разбухают из-за образования газов в полостях тела, причём давление газов может достигать 2-х атмосфер. Выталкивающая сила может быть столь большой, что даже 30-килограммовый груз оказывается не способен удержать тело на дне, поэтому, дескать, нет ничего необычного в тех посмертных изменениях, что наблюдаются у этого тела.

Однако Франческа была твёрдо уверена в том, что её мужа убили, и совершил это не кто иной… как её собственный отец Джанни Спагноли. Он пошёл на преступление по приказу масонской ложи, к которой принадлежали как он сам, так и Уго, и Пьерлука Нардуччи. Сомнений в этом у Франчески не осталось после того, как она услышала своими ушами слова отца, сказанные негромко Уго Нардуччи на пирсе, прямо возле трупа, вынесенного из катера карабинеров. Отец её выразился следующим образом: «Я всё это сделал так, словно он был мой собственный сын». Впоследствии, как рассказала Франческа, произошло выяснение отношений между семьями Нардуччи и Спагноли. Против Франчески выступили единым фронтом собственный отец, а также Уго и Пьерлука Нардуччи, но на её стороне оказался родной дядя. Кроме того, её поддержала Джанкарла Согаро, ещё одна родственница из клана Спагноли, так что противостоящие силы оказались примерно равны. Обе стороны договорились никогда не предавать огласке компромат в отношении друг друга и воздерживаться от любых действий, способных причинить вред другой стороне. Но Франческа на тридцатый день после гибели мужа прокляла семью Нардуччи и собственного отца и при свидетелях заявила, что на всю оставшуюся жизнь отказывается иметь с ними дело.

Рассказывая о событиях на пирсе утром 13 октября 1985 г., Франческа припомнила интересную деталь. Когда врач, осматривавший тело, расстегнул замшевую куртку и пуговицы рубашки, на оголённом торсе стали видны странные поперечные полосы-синяки, расположенные параллельно, по три или четыре полосы с каждого бока. Один из полицейских, стоявших тут же, воскликнул, что-то вроде: «Да это же следы привязывания груза, которым тело удерживали на дне!» За что тут же получил толчок в плечо от стоявшего позади человека в штатском, который прошипел: «Заткнись! И дай работать профессионалам!» Этим человеком в штатском, как быстро выяснил Джуттари, являлся комиссар полиции Перуджи Франческо Трио.

Главный инспектор Джуттари, разумеется, заинтересовался личностью наблюдательного полицейского, осмелившегося высказать свою догадку в присутствии начальника. Оказалось, что таковым был сержант Аурелио Пига, благополучно доживший до 2000 г. Тогда Пига был вызван на допрос ГИДЕС и дал показания, полностью совпавшие с рассказом Франчески Спагноли-Нардуччи. Сержант утверждал, что хорошо разглядел полосы, оставленные на теле верёвкой, несколько раз обмотанной вокруг живота и грудной клетки; к этой верёвке, наверняка, крепился груз, не позволявший трупу всплыть раньше времени. Когда же убийцы сочли, что времени прошло достаточно и поиски пора заканчивать, водолаз подплыл к трупу, перерезал верёвки, и тело свободно всплыло. Классический мафиозный способ утопления!

На протяжении 1999 и 2000 гг. работа ГИДЕС не привлекала к себе особого внимания. Считалось, что группа «отрабатывает» всевозможные ответвления основной версии, согласно которой «Флорентийским Монстром» был Пьетро Пачиани, действовавший по найму некоей тайной организации. Микеле Джуттари взорвал настоящую информационную бомбу, когда объявил в начале 2001 г., что возглавляемая им группа идёт по следу разветвлённой сатанинской секты, нанимавшей на протяжении ряда лет убийц, причём роль Пачиани, возможно, подвергнется пересмотру. Т. е. главный инспектор прозрачно намекнул, что теперь на роль «Флорентийского Монстра» у него имеется куда лучший кандидат. Хотя журналистам удалось узнать, что ГИДЕС «подняла» старые материалы о смерти Франческо Нардуччи в октябре 1985 г., слишком многие детали оставались скрыты от средств массовой информации и общественности, а поэтому целостного представления о происходившем никто в тот момент не имел.

Картина в первом приближении стала вырисовываться лишь летом 2001 г., когда Микеле Джуттари подал официальное прошение о проведении эксгумации и судебно-медицинской экспертизы трупа Франческо Нардуччи. Мотивировочная часть этого документа в основных своих деталях стала известна прессе, и дело «Флорентийского Монстра» в который уже раз сделалось общенациональной сенсацией № 1.

По мнению Джуттари и стоявшего за его спиной прокурора Перуджи Джулиано Миньини, ситуация вокруг Франческо Нардуччи складывалась следующим образом. Атлетически сложённый молодой врач, отличный спортсмен, прекрасно владеющий пистолетом «beretta» 22-го калибра, практиковаться в стрельбе из которого он мог буквально с младых ногтей, был привлечён сатанинской сектой, в которой состояла его семья (возможно, на протяжении нескольких поколений), для осуществления убийств и добывания человеческой плоти с целью отправления некоего магического ритуала. Франческо прекрасно справлялся со своей ролью, отлично запутывая следы и сбивая следствие со следа. Для осуществления убийств Нардуччи, постоянно проживавший в районе Перуджи, выезжал в окрестности Флоренции — это не привлекало внимания правоохранительных органов к истинному району проживания убийцы. Поездки прекрасно маскировались встречами Нардуччи с его университетским другом Франческо Каламандреи, который имел собственную виллу всего в 11 км от Флоренции. Через Каламандреи была установлена связь с «помощниками» «главного убийцы», которые, по-видимому, выслеживали потенциальные жертвы и принимали посильное участие в нападениях. Все эти помощники — Пачиани, Ванни и Лотти — проживали либо в Сан-Касиано, либо ближайших окрестностях этого населённого пункта, в считаных километрах от виллы Каламандреи. Последний, также вовлечённый в тайное общество, должен был обеспечить alibi Нардуччи в случае появления у того каких-то проблем с правоохранительными органами. Для этого молодые люди предпринимали необходимые меры — появлялись в людных местах, приглашали гостей, сами охотно ездили в гости, часто фотографировались. Примечательно, что в период 1981—85 гг. Нардуччи всего один раз побывал во Флоренции, но зато исколесил окрестности города, изучив дороги, местность, ориентиры.

Очень важным моментом Джуттари считал и то,